25 октября 2007 г.
Геннадий Шалаев

«Моя задача – постоянно напоминать власти о ее обещаниях»

- Андрей Владимирович, недавно вы стали членом общественного совета при Федеральной регистрационной службе. Что вы собираетесь там делать? Упрощать жизнь дачникам?

- Упрощать жизнь садоводческим товариществам – наверное, все-таки не моя задача. Это задача президента, правительства и правящей партии. А моя задача – постоянно напоминать им об этом, чтобы власть исполняла то, что пообещала многомиллионной армии российских дачников.

В области земельных и садовых отношений сложилась полная неразбериха. Этими вопросами занимаются несколько министерств и ведомств одновременно и никто – в комплексе: немного Минсельхоз, немного Минюст, в которое входит ФРС… А у семи нянек дитя, как известно, без глазу. Думаю, в перспективе должно сложиться какое-то одно ведомство типа министерства по земельным отношениям.

С ФРС у нас сложились нормальные отношения еще тех времен, когда ее возглавлял Сергей Мовчан. В свое время он пригласил меня и моего заместителя по Московскому союзу садоводов к себе, рассказал, чем занимается его служба и сообщил, что Росрегистрация готова сотрудничать с нами. А для координации действий выделил своего сотрудника. Это было очень приятно, мы оценили такой подход. И с тех пор я считаю ФРС одной из структур, которая работает не только для отчета начальству. Потому что большинство министерств и ведомств работают исключительно для того, чтобы отчитаться перед вышестоящим начальством, конечный результат их не волнует.

- Кто вошел в общественный совет при ФРС?

- В этот совет вошли и члены Общественной палаты, и люди, которые представляют различные стороны нашей жизни. Там есть и православный батюшка, и мулла, и буддист, а также художник, юрист, нотариус… Руководителем совета мы избрали президента Института проблем гражданского общества, члена Общественной палаты Марию Александровну Слободскую.

- Почему именно ее?

- Потому что она очень мудрая, умная, а главное – знает, как добиваться результата. Этого качества сейчас не хватает многим. Рецепт «лучшей жизни» есть, наверное, у каждого. Но реализовать эти рецепты, заставить их работать, поставить на конвейер могут очень немногие. У нас есть умные законотворцы, но у нас нет талантливого технолога, который мог бы воплотить в жизнь их новейшие разработки.

- Заместителей выбрали?

- Нет, потому что не все члены совета смогли прийти. Кстати, руководителя ФРС Сергея Васильева тоже не было, он уехал в командировку, собрание вел его заместитель.

- Какие еще вопросы поднимались на первом собрании общественного совета?

- Это было организационное заседание. Достигли некоего консенсуса: мы помогаем ФРС, указываем наиболее актуальные на наш взгляд направления, пытаемся что-то придумать и воплотить.

Я поинтересовался, может ли ФРС заказывать некие исследования. Дело в том, что многие решения, постановления и законы у нас принимаются без специальных исследований (социологических, статистических и пр.), без учета зарубежного опыта. Просто сели и написали. А в таких сложных вопросах, как государственное управление, прежде чем издавать какой-либо закон, надо разобраться, скольких людей он коснется, какие социальные слои затронет, как это повлияет на положение в смежных отраслях, как это делается в зарубежных странах… Потом на основании этих исследований, анализируя их, другие умные люди пишут закон. Это целая наука. И я убежден, что такие исследования должны проводиться.

Так вот, на совете я попытался донести до представителей Росрегистрации мысль о том, что мы будем с удовольствием помогать им, если они будут помогать нам. То есть заказывать статистические и социологические исследования, на основе которых мы могли бы работать.

- Но в совете собрались профессионалы своего дела. Вы, например, специалист по земельным отношениям, зачем вам дополнительные исследования?

- Скажу по секрету - в земельных отношениях я дилетант. Я не владею фундаментальными знаниями по этому вопросу. Поэтому прежде чем мы, члены совета, полезем в вопросы государственного устройства, нам нужны научные исследования по тем социальным процессам, в которые мы собираемся вмешиваться. Без них мы вряд ли сможем предложить конкретное технологичное решение.

- Как на ваше пожелание отреагировали чиновники Росрегистрации?

- К сожалению, мы не нашли понимания по этому вопросу. Потому что предложение оказалось неожиданным, и для его реализации у ФРС нет ни финансирования, ни специальных людей. Пока нет, поскольку в итоге конкретного ответа «да» или «нет» не прозвучало. Но мне кажется, что все члены совета, в том числе и представители Росрегистрации поняли, что такие исследования необходимы. Иначе мы сможем предлагать какие-то решения только чисто эмоционально: сделайте так, чтобы все было хорошо! А как?

- Как часто совет решил собираться?

- Пока не было конкретного решения. Думаю, по мере надобности. Например, возникнет проблема, допустим, с регистрацией некоммерческих организаций или с отчетностью, и надо как-то этот вопрос урегулировать. Чиновники отстаивают свои интересы, сотрудники НКО - свои. Как правило, эти интересы не совпадают. Поэтому самая главная и самая трудная задача – найти золотую середину. Сейчас это не получается ни в одном министерстве, ведь почти при каждом ведомстве создан подобный совет.

- Кстати, как вы относитесь к новой отчетности садоводческих коллективов?

- Категорически против! Полный бред! Не видел еще ни одного дачного товарищества, которое получало бы спонсорскую помощь, особенно из-за рубежа. Дачные товарищества – вне политики.

- Вернемся к тому, с чего начали разговор. Как вы считаете, сдвинется в лучшую сторону жизнь в ваших подопечных садовых товариществах?

- Когда-то, безусловно, сдвинется, но это произойдет еще не скоро. Вспомните хотя бы, как мы дачную амнистию пробиваем. Несмотря на прямые указания, данные президентом год назад, ровным счетом ничего не изменилось. В какое ведомство ни придешь, на словах все «за», но все остается на своих местах.

Столкнувшись с государственной машиной, я понял, какое это неэффективное образование! Наши министры, безусловно, очень умные люди, но, как мне кажется, они не заинтересованы в конечном результате. Для нас, садоводов, конечный результат – провести ту же дачную амнистию. Но вместо того, чтобы уже, наконец, сделать что-то реальное, чиновники всех уровней упорно предлагают бесконечные эрзацы.